Популярное

В России появится собственный tax free...
21 Июнь 2017 15:56 - Super User

Принятие закона о введении механизма tax free в России вряд [ ... ]

Деньги частников позволят сохранить памятники куль...
20 Июнь 2017 13:22 - Super User

Сегодня в реестре объектов культурного наследия (ОКН) значится [ ... ]

Дачникам разрешат строить любые дома...
20 Июнь 2017 13:19 - Super User

Рассмотрение поправок в резонансный документ должно состояться [ ... ]

Блогеров предложено не вносить в реестр Роскомнадз...
20 Июнь 2017 12:43 - Super User

Также поправки в Закон «Об информации, информационных технологиях [ ... ]

Лучшие статьи

Голосование

Кто сделал для России больше?

Николай I - 6.7%
Екатерина II - 14.1%
Александр II - 12.6%
Сталин - 14.8%
Пётр I - 36.3%

Всего голосов:: 135
Голосование по этому опросу закончилось в: Март 2, 2016

Вход на сайт

×

Внимание

Не удалось вызвать функцию mail.

Не удалось вызвать функцию mail.

Не удалось вызвать функцию mail.

Не удалось вызвать функцию mail.

Не удалось вызвать функцию mail.

Не удалось вызвать функцию mail.

Не удалось вызвать функцию mail.

Не удалось вызвать функцию mail.

Не удалось вызвать функцию mail.

Не удалось вызвать функцию mail.

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.75 (2 голосов)

«Осень жизни, как и осень года...» или Настроение - 1970 Наверное, любую эпоху можно ассоциировать с каким-нибудь временем года. Серебряный Век - однозначно ранняя осень - прозрачная, солнечно-жёлтая, но печальная осень с картины Александра Головина «Нескучный сад». Предвоенные тридцатые - разумеется, лето. Девушки в белых платьях, солнечно-белокурые юноши-атлеты на стадионах, яростное светило, готовое сжечь всё дотла. Походно-кибернетические, юные шестидесятые - это весна. Много ветра, свежести, новизны и радостной, неясной тревоги. А вот следующее десятилетие - стабильные или, как принято говорить - застойные семидесятые - это вовсе не щедрое марсианское лето, которого так ждали весенние шестидесятники, а грустная, хотя и гуманитарно-плодотворная осень. Посмотрите - именно это время года истово полюбили режиссёры и сценаристы. Действие «Служебного романа» происходит осенью, впрочем, это совпадает с основной мыслью повествования: «Осень жизни, как и осень года надо благодарно принимать...». Осенняя Москва, осенние отношения, осенние люди - они отгуляли свою весну в 1960-х, а теперь - самое время для размышлений и сбора плодов, если есть, что собирать. Бабье лето госпожи Калугиной вполне состоялось, а фоном звучит: «Облетают последние маки, журавли улетают, трубя...». И вот это: через 9 месяцев у Новосельцевых было уже три мальчика. В кадре нет юных и даже секретарша Верочка - давным-давно не девочка, а женщина, которой не дашь меньше тридцати.

рисунок 1 к осени

Кадр из фильма «Москва слезам не верит». Кадр из фильма «Осенний марафон».

Или «Москва слезам не верит» - вторая серия, жизнь в конце 1970-х, целиком посвящена осени. Кате - сорок лет, осень жизни. И центральное событие фильма - пикник на осенней природе. Мы видим учёных, бывших мальчиков-шестидесятников, которые всё ещё любят бывать вместе и петь под гитару. Но уже не в походах, а на «старческих» пикниках. Не лазать в горы, а кушать шашлыки. У них - машины, кандидатско-докторские степени, своя жизнь и они уж точно не откажутся от благ. Это весной и летом можно мечтать по палаткам, осенью нужны тёплые квартиры с уютными диванами. Гораздо менее оптимистично выглядит осень в драме «Отпуск в сентябре» с Олегом Далем.

Его герой понимает, что всё бессмысленно, но пытается переложить ответственность на других - на коллег, на женщин, даже на...погоду, которая выдалась крайне скверной. Отпуск в сентябре. Осень жизни. И уж, конечно, дождь, пожухлая листва и мокрый асфальт присутствуют в «Осеннем марафоне». Люди бежали по жизни, пока не упёрлись...в осень. Осень застала их врасплох - они всё ещё надеялись на продолжение весны, а тут бескрайнее космическо-гагаринское небо заволоклось тучами и срочно потребовался тёплый плед, заграничный алкоголь, импортные шторы и - молодая возлюбленная. Которая, впрочем, тоже не выглядит юно. Осенняя жизнь не подразумевает моду на юность. Это время людей, которым давно исполнилось тридцать, а то и сорок лет. Молодиться глупо и немодно. И неумно. Поэтому самая модная длина - макси, любимая длина взрослых женщин.

рисунок 2 к осени

Кадр из фильма «Отпуск в сентябре». Кадр из фильма «Служебный роман».

Тридцатилетние - герои дня, у них - взвешенность, умение ждать, мыслить, анализировать. Эпоха красивых «старых дев», таких, как хрестоматийная Надя Шевелёва или, например, героиня Маргариты Тереховой из «Дневного поезда». Им печально - по-осеннему, и по-осеннему же спокойно. Они принимают мир, в котором живут. Нам пытаются навязать мысль, что Надя будет с Лукашиным, но это слишком весенняя мысль. Осенью всё не так. И даже в костюмных экранизациях мы не увидим юных, задорных и порывистых персонажей. Диана де Бельфлёр всё той же Тереховой - гранд-дама, которой далеко не двадцать лет. Молодая вдова оказывается совсем не молода. Она даже несколько тяжеловесна - не фигурой, а манерами, прожитым опытом. В её диалогах с Теодоро есть много от отношений Калугиной с Новосельцевым. Героиня семидесятых, женщина-начальник. Или, скажем, неюная Анна Австрийская в исполнении Алисы Фрейндлих. По сюжету, точнее - по правде - королеве немногим больше двадцати лет... Женщина в возрасте - в бальзаковском или даже в постбальзаковском - любимая муза модельеров и фотографов. Посмотрите на манекенщиц тех лет - даже самых юных старательно «подтягивают» до осеннего стандарта. В своё время я уже писала о том, что молодёжь 1970-х постоянно стремилась изображать взрослых. Возникло даже целое явление - акселерация. Это можно изобразить следующим образом - младшее поколение неосознанно тянулось к «осеннему» тренду. Отсюда и ранние браки в восемнадцать лет, и появление особого кинотипажа «девочка / женщина» в лице Татьяны Друбич.

рисунок 3 к осени

Манекенщицы 1970-х годов выглядели взрослыми дамами, даже если были моложе тридцати...

И, разумеется, осень - это пора воспоминаний о лете и время сбора яблок. Отцвели уж давно хризантемы в саду... Именно 1970-е дали миру феномен «ретро», когда печаль об ушедшем смешивалась с радостью эстетизирующей, избирательно-идеализирующей ностальгии. Как это приятно, как это печально - листать страницы пожелтевших книг, с ятями и без, вдыхать ароматы старых домов, где жили декабристы и штабс-капитаны, петь романсы при свечах и главное - больше не прятать фотографии прабабушек в кружевах и прадедушек в мундирах (у кого они, конечно, были - эти мундирно-кружевные предки!). Что интересно, осенние - семидесятые больше всего склонялись именно к осеннему же Модерну, к Belle époque. Подобное тянется к подобному и научная интеллигенция на «хрущовских», точнее - хрущобных кухнях пела под гитару именно стихи Серебряного Века. Или, скажем, в комнатах, заваленных антиквариантом, как на картине «Московский вечер» Татьяны Назаренко. И прощание с Прекрасной Эпохой в «Рабе любви» тоже происходит осенью, южной осенью, а герои тоскуют именно по русской осени, с дождями и свежестью. Кстати, если проследить публикации журнала «Огонёк», касающиеся пушинской темы, то чаще всего появляется словосочетание «болдинская осень». Осенней эпохе нужен именно осенний Пушкин. Фотографии пушкинских мест - непременно в обрамлении жёлтой листвы, а иной раз - даже без оной. Интересно, что последующие 1980-е годы оказались вовсе не зимними, а, как раз, весенне-летними - яростными, горячими, богатыми на жаркие споры и яркие краски. Наверное, они были даже чересчур яркими, эти краски...


Иванкина Галина © 2013.

You have no rights to post comments